«Я думала, что я плохая мама»: женщина в 54 года узнала свой СДВГ

В США женщина узнала в 54 лет о том, что у нее СДВГ только после того, как отвела своего сына к терапевту. Как это вышло? Мы публикуем главное из истории американки, опубликованной на CBS News.

Дениз Мосс долго не могла объяснить, почему ей сложно сосредоточиться, завершить дела или держать дом в порядке. Она называла себя «плохой мамой» – пока ее сыновьям не поставили диагноз СДВГ. После терапии детей Мосс впервые увидела симптомы расстройства внимания в самой себе.

Синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) часто остается незамеченным у взрослых, особенно у женщин, где вместо гиперактивности преобладает тревожность, невнимательность и хроническая усталость. По данным CDC, почти половина из 15,5 миллионов американцев из СДВГ узнали о своем диагнозе уже в зрелом возрасте – и многие, как Дениз, сделали это благодаря детям.

Новое исследование подтверждает: СДВГ имеет генетическую природу в 74% случаев, поэтому его часто передают в семьях. Но из-за стигмы, недостатка знаний и скрытых симптомов многие люди не получают диагноз годами или даже десятилетиями.

Что такое СДВГ?

Важно: синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) — это нейроразвитийное расстройство, которое проявляется трудностями с концентрацией, гиперактивностью и импульсивностью. Доктор Дэвид В. Гудман, доцент кафедры психиатрии и поведенческих наук в Медицинской школе Университета Джонса Хопкинса, рассказал CBS News, что регулярно наблюдает пациентов, которые узнают о своём СДВГ только после того, как диагноз ставят кому-то из их родственников.

Однако у взрослых СДВГ часто остаётся незамеченным, поскольку симптомы проявляются иначе, чем у детей: меньше очевидной гиперактивности и больше тонких признаков, таких как внутреннее беспокойство или трудности с концентрацией. Это легко спутать с тревожными расстройствами или депрессией. Кроме того, существует стигма — симптомы нередко игнорируются или воспринимаются как преувеличение или как следствие перегруженного и чрезмерно стимулирующего образа жизни.

По данным Центров по контролю и профилактике заболеваний США, в 2023 году примерно 15,5 миллиона взрослых американцев имели диагноз СДВГ, и около половины из них получили его уже во взрослом возрасте. Распространённость диагноза также растёт — с 6,1% до 10,2% среди взрослого населения США за последние два десятилетия.

Это не вопрос силы воли или умения сосредоточиться, — объясняет Гудман, посвятивший большую часть своей карьеры изучению СДВГ у взрослых. — Это постоянные ежедневные трудности: опоздания, забывчивость, проблемы с фокусом, которые влияют на все аспекты жизни. Взрослые с СДВГ вырастают, слыша от окружающих, что они ленивые, немотивированные, некомпетентные или глупые. И они начинают в это верить — формируют такое представление о себе.

Что произошло с Дениз дальше?

После того как её детям поставили диагноз, Мосс сама получила диагноз в декабре, работая с психиатрической медсестрой-практиком. Она говорит, что начала постепенно отказываться от чувства стыда, которое преследовало её с детства и искажало её самооценку.

Я всегда чувствовала себя глупой, — признаётся она. — Но дело было в том, что я просто не могла показать свой максимум.

Её сыновья, которым сейчас 12 и 14 лет, тоже видят в ней другую маму. Мосс уверена: диагноз полностью изменил её подход к материнству. Она и её сыновья приняли решение принимать лекарства от СДВГ. Сейчас она управляет домом с осознанной структурой — системой, которую выстроила, чтобы поддерживать и детей, и себя.

Мосс добавляет в календарь время на дорогу, использует цветные стикеры для себя и сыновей, и старается поддерживать порядок в доме без лишнего хаоса.

Волшебной палочки не существует, — говорит она. — Но впервые я чувствую, что жизнь стала управляемой.

Сыновья чувствуют себя хорошо, она видит перспективу, и вместе с мужем они даже обсуждают семейную поездку в Италию — то, о чём раньше Мосс даже не смела мечтать.

Я взволнована. И раньше не думала, что смогу это почувствовать. Честно говоря, думала, что всё всегда будет как обычно, — делится она. — Но кто знает, на что я способна. Может, я ничего не сделаю… а может, наконец сделаю то, о чём давно мечтала. И даже начну мечтать масштабнее.